Татьяна Луганцева - Жизнь прошла мило [сборник]

Ознакомительный фрагмент

Леша растерянно посмотрел на нее.

— Не знаю…

— Что значит «не знаю»? Что ты вообще о ней знаешь? — Яна была изумлена.

— Так…

— Ты жениться собрался! — укорила его Цветкова.

— Для этого мне нужно ее отчество? Паспорт я у нее не проверял. С родными тоже не знакомился. Как-то Клара сказала, что папа у нее уже умер, а мама жива, но даже ее имени не назвала… А ты думаешь, она к родным поехала? — с надеждой в голосе спросил он.

— Леша, ну я-то откуда знаю? Тут хоть на телевидение обращайся — помнишь, есть такая передача, где ищут пропавших родственников! Надо же что-то делать! Так нельзя.

— Яна, все бесполезно! Она может оказаться где угодно! Я же не знаю о ней почти ничего, даже отчества не узнал. Если мы посвятим этому всю жизнь, и то не справимся! Это надо просто осознать и смириться. Я не могу понять, почему она так поступила со мной? Я точно знаю, что это из-за меня, все не могло так хорошо складываться…

— Это по меньшей мере странно… Ты точно ее не обижал? — Яна задумалась.

— Точно. Не обижал! Я же люблю ее, ты знаешь.

«Может быть, все-таки изменял? Не могла ли она что-нибудь увидеть или прочесть эсэмэску?» — думала Яна.

— Ну что ты, это исключено! Я ей не изменял! Как ты могла такое предположить?! — Леша словно прочитал ее мысли и искренне возмутился.

— Точно? Все вы, мужики, так говорите и не цените счастья, когда оно рядом.

— Обижаешь… — смутился Леша. — Да честное слово…

— Могла она узнать о тебе что-то такое, что способно было выбить ее из колеи? — Яна продолжала допрос.

— Кроме того, что я сутками ковыряюсь в трупах — ничего, но это Клара и так знала, — сокрушенно ответил Алексей.

— А все-таки вы, мужики, эгоисты! — наконец-то заговорила Ася.

— Чего? Что опять началось? То козлы, то эгоисты!

— Только и думаете о себе! Что я сделал? Чего я не сделал? Что я мог сделать? И что мне теперь делать? Ведь причина может быть вовсе и не в тебе! Что-то могло случиться у самой Клары, поэтому она и уехала.

— Не сказав ни слова человеку, за которого собиралась замуж? — покачала головой Яна. — Вот так вот просто взяла и исчезла?

— Да, правда, что-то не складывается! — согласилась Ася.

— Не могли ей что-то наплести про тебя? Ну там, что ты пьешь и закусываешь трупами?

— Ты не знаешь Клару, Ася.

— Как ты — конечно, не знаю… — поджала губы Ася.

— Она вряд ли поверила бы в такое… А даже если бы и поверила, то пришла бы ко мне и спросила об этом прямо…

— Ей было все равно?!

— Да она тоже меня очень сильно любила, можете мне не верить, но я, по крайней мере, так думал и чувствовал…

Яна хмыкнула.

— Хреновая ситуация… И помочь тебе ничем мы не можем. Держись, Леха! Может, еще вернется? И все разъяснится само собой? Зачем придумывать какие-то неправдоподобные версии, когда могут быть совсем простые обстоятельства.

— Я держусь… Вот уже месяц держусь… Но мне без Клары очень плохо, вы же все понимаете… Она была светом в окошке.

— Может, еще объявится и сама все объяснит? На это и будем надеяться, — успокоила его Ася.

— Я каждый день на это надеюсь… — ответил Леша.

Но беседу пришлось прервать — подошла медсестра, сообщившая, что к Яне Цветковой пришел посетитель.

— Кто еще? — удивилась Яна. — Я никого не жду. Может, это Агриппина Павловна?

— Там мужчина. — Медсестра многозначительно посмотрела на нее.

В палату вошел неизвестный мужчина средних лет.

— Следователь Малюта, — представился он весьма официально.

Следователя интересовали взаимоотношения Яны и Клавдии Ивановны. Разговор получился долгим и очень скучным. Особенно много вопросов вызвал вчерашний вечер. Только в конце беседы собеседник объяснил Яне, почему он уделяет этому вопросу так много внимания.

— Клавдия Ивановна написала неделю назад завещание в вашу пользу, Цветкова! А после того, как вы к ней пришли, она и отдала богу душу. Как вам это нравится? У любого возникнут сомнения! — Следователь пристально посмотрел Яне в глаза.

Яна покраснела.

— Да вы с ума сошли! Вот вы меня в чем подозреваете! А я-то думаю, к чему все эти расспросы? Думала, что я вас интересую просто потому, что последней видела Клавдию Ивановну живой! Я могу, конечно, считаться свидетелем, только неизвестно чего, потому что сама потеряла сознание и не видела, как она умирала! До сих пор думаю, что если бы могла, то обязательно оказала бы ей помощь. Но кто виноват, что я сама заболела? А вы меня в каком-то ужасном замысле подозреваете! Вы считаете, что я способна убить человека из-за квартиры?

— Да, звучит, очень неправдоподобно! — В голосе следователя послышалась ирония. — Но вы же знаете, что в последнее время людей убивают и за сотовый телефон!

— Но я-то здесь при чем?

— Я навел справки, один раз на вас уже составляли завещание! — Теперь следователь откровенно злился.

— Да, это правда… Хотите сказать, я всех убиваю ради наследства?! — Яна покраснела.

— Да все говорят, что вы ужасно эксцентричная особа. К тому же видно, что вы явно не в себе.

— Это вы не в себе! — огрызнулась Яна.

— Прекратим этот спор. Тело Клавдии Ивановны будет обследовано самым тщательнейшим образом! И если у следствия возникнет хоть малейшее подозрение…

— Ей же делали уколы в больнице! Можно, конечно, предположить, что я совсем не дурочка и смогла сделать смертельный укол в то же место, что и медсестра в больнице. А яд у меня совсем новый — нанотехнологии, ученые готовились к встрече с инопланетянами, со злыми пришельцами! Он давно разложился на составляющие, и вы ничего не найдете! — Яна уже не могла сдерживаться.

— Я могу расценивать это как признание? — Лицо Малюты скривилось.

— Вы что, шуток не понимаете? — фыркнула Цветкова.

— Я же говорю — вы очень странная… Я тут о серьезном преступлении говорю, а она шутит! Надеть браслеты, шутница?

Яна еще раз подумала, что ее собеседник — крайне неприятный тип.

— Только тогда у меня право на один звонок! И позвоню-ка я своему знакомому, следователю Лебедеву, и попрошу его разобраться, что здесь происходит.

— То есть у вас все схвачено? — Теперь усмехнулся следователь. — Да зачем вы мне сейчас нужны, когда я без ордера на задержание! Живите пока… А потом посмотрим.

Он встал и вышел. Яна показала язык его широкой спине, но нервы ей это не успокоило.

«Позвать, что ли, Лешу? Пусть коньяка принесет. У него неприятности, у меня… Вот вместе и отметим…» — грустно подумала она.

Глава 4

Ничего криминального в гибели престарелой женщины ни Леша, ни независимая группа экспертов не нашли. Да и следователи, видимо, поняли, что находившаяся в критическом состоянии Яна вряд ли была способна на убийство, тем более что не было никаких следов.

Яна сделала все зависящее от нее, чтобы устроить соседке достойные похороны. К счастью, ей помогли Леша и Ася, всячески старавшаяся подбодрить Лукина.

Сейчас они уже возвращались с кладбища. Немногочисленные знакомые и соседи, захотевшие попрощаться с Клавдией Ивановной, на взятом в аренду автобусе отправились в небольшое кафе, в котором должны были состояться поминки. Там их ждала Агриппина Павловна, которая, конечно, не могла не угостить всех собравшихся шедеврами своей выпечки и кулинарии. А трое друзей решили, что в кафе их подвезет Алексей на своей машине. Сейчас они медленно шли вдоль могил в прескверном настроении. К тому же Яна еще не оправилась от болезни.

— Хороший гроб подобрали, добротный, — заговорила заплаканная Ася, зябко поднимая воротничок драпового пальто цвета солдатской шинели.

— Ты так же говоришь, когда я платье примеряю… — откликнулась Яна.

— И одежду Клавдии Ивановне, и платочек хороший подобрала… — продолжила Ася.

— Да ты чего заладила? Подобрала… подобрала… До чего же не люблю я похороны. Это меня всегда из колеи выбивает, — вырвалось у Яны.

— А кто любит-то? Тут уж точно не до веселья, — удивилась Ася.

— Какие-нибудь маньяки, может быть, и любят… — вздохнул Леша.

— Не слышала о таком… — покачала головой Ася и покосилась на Лешу. — А тебе все равно, наверное? Привык уже? Мертвяки и все такое…

Леша рассеянно посмотрел на Асю, вздрогнув, словно до этого думал о чем-то своем.

— О чем ты говоришь? Я же не занимаюсь похоронами. Я исследую трупы. А на кладбище мы провожаем человека, то есть личность, в последний путь. А это значит, что усопший тебе не безразличен. Или ты думаешь, что мне совершенно все равно, когда приходится хоронить знакомых, родственников? Мы, патологоанатомы, не люди, что ли? — обиделся Алексей.

— Извини, не хотела тебя обидеть… Но Клавдию Ивановну ты ведь даже не знал.

— Я здесь, чтобы поддержать Яну, чтобы помочь ей… А аура на кладбище совершенно особенная. Здесь воздух какой-то густой… Возникает ощущение, причем всегда, что здесь кто-то присутствует, наблюдает за тобой, словно оценивает, ждет и спрашивает, зачем и к кому ты пришел. Решает, стоило ли тебя пускать.